Что так привлекает людей в отелях? Освобождение от бытовых забот — всё необходимое сделают за вас. Однако в «Отеле «Перекрёсток»» дела обстоят несколько иначе.

Нет, тамошние коридорные — ребята весьма расторопные. Они исполнят для постояльцев любой каприз, предусмотренный уставом, и даже немного больше. Вот только в это «немножко» входят услуги, которые придутся по вкусу далеко не каждому гостю. Просто потому, что мало кому понравится, когда посторонние люди начинают выяснять, как, когда и почему ты умер…

Нет, тамошние коридорные — ребята весьма расторопные. Они исполнят для постояльцев любой каприз, предусмотренный уставом, и даже немного больше. Вот только в это «немножко» входят услуги, которые придутся по вкусу далеко не каждому гостю. Просто потому, что мало кому понравится, когда посторонние люди начинают выяснять, как, когда и почему ты умер…

Что так привлекает людей в отелях? Освобождение от бытовых забот — всё необходимое сделают за вас. Однако в «Отеле «Перекрёсток»» дела обстоят несколько иначе.

Нет, тамошние коридорные — ребята весьма расторопные. Они исполнят для постояльцев любой каприз, предусмотренный уставом, и даже немного больше. Вот только в это «немножко» входят услуги, которые придутся по вкусу далеко не каждому гостю. Просто потому, что мало кому понравится, когда посторонние люди начинают выяснять, как, когда и почему ты умер…

Об этом месте уже много лет слагают легенды. Говорят, что с семьёй, некогда жившей в богатой усадьбе посреди Ведьминого леса, жестоко расправились местные крестьяне. Они обвинили юную невестку, приехавшую из чужой страны, в колдовстве и сгубили её.

Но после её смерти ужасы в округе не закончились. Всё чаще стали поговаривать, что призрак обозленной женщины мстит невежественным людям, не щадя ни взрослых, ни детей.

И вот история повторяется. В Ведьмином лесу и рядом с ним вновь находят обескровленные тела. У полиции нет ни одной зацепки, пока не выясняется страшная правда: подобное здесь уже случалось. Ровно сорок лет назад. И за сорок лет до того.

Но как остановить убийцу, если он сам давно мертв? И как не стать последней, замыкающей жертвой этого кровавого цикла?

Но после её смерти ужасы в округе не закончились. Всё чаще стали поговаривать, что призрак обозленной женщины мстит невежественным людям, не щадя ни взрослых, ни детей.

И вот история повторяется. В Ведьмином лесу и рядом с ним вновь находят обескровленные тела. У полиции нет ни одной зацепки, пока не выясняется страшная правда: подобное здесь уже случалось. Ровно сорок лет назад. И за сорок лет до того.

Но как остановить убийцу, если он сам давно мертв? И как не стать последней, замыкающей жертвой этого кровавого цикла?

Об этом месте уже много лет слагают легенды. Говорят, что с семьёй, некогда жившей в богатой усадьбе посреди Ведьминого леса, жестоко расправились местные крестьяне. Они обвинили юную невестку, приехавшую из чужой страны, в колдовстве и сгубили её.

Но после её смерти ужасы в округе не закончились. Всё чаще стали поговаривать, что призрак обозленной женщины мстит невежественным людям, не щадя ни взрослых, ни детей.

И вот история повторяется. В Ведьмином лесу и рядом с ним вновь находят обескровленные тела. У полиции нет ни одной зацепки, пока не выясняется страшная правда: подобное здесь уже случалось. Ровно сорок лет назад. И за сорок лет до того.

Но как остановить убийцу, если он сам давно мертв? И как не стать последней, замыкающей жертвой этого кровавого цикла?

Октябрь 1916 года. Юго-Западный фронт.

Берлин молчит четвертые сутки. Вена — третьи. Крысы ушли из окопов. Солнца больше нет.

Генерал Корнилов не знает, что надвигается с запада. Император Николай не знает, почему замолчал мир.

Они узнают.

Берлин молчит четвертые сутки. Вена — третьи. Крысы ушли из окопов. Солнца больше нет.

Генерал Корнилов не знает, что надвигается с запада. Император Николай не знает, почему замолчал мир.

Они узнают.

Октябрь 1916 года. Юго-Западный фронт.

Берлин молчит четвертые сутки. Вена — третьи. Крысы ушли из окопов. Солнца больше нет.

Генерал Корнилов не знает, что надвигается с запада. Император Николай не знает, почему замолчал мир.

Они узнают.

В густом яблоневом саду стоит старый колодец. Местные обходят его стороной даже в самый знойный день.

Говорят, если заглянуть в почерневший сруб, на дне можно увидеть её — призрачную деву, хозяйку этих мест.

Она стережет сокровища старого графа. Сокровища, которые никто не может достать.

Всех, кто пытался подступиться к сундуку, находили мертвыми. Хозяйка золота не любит незваных гостей. И она очень, очень ревнива.

Говорят, если заглянуть в почерневший сруб, на дне можно увидеть её — призрачную деву, хозяйку этих мест.

Она стережет сокровища старого графа. Сокровища, которые никто не может достать.

Всех, кто пытался подступиться к сундуку, находили мертвыми. Хозяйка золота не любит незваных гостей. И она очень, очень ревнива.

В густом яблоневом саду стоит старый колодец. Местные обходят его стороной даже в самый знойный день.

Говорят, если заглянуть в почерневший сруб, на дне можно увидеть её — призрачную деву, хозяйку этих мест.

Она стережет сокровища старого графа. Сокровища, которые никто не может достать.

Всех, кто пытался подступиться к сундуку, находили мертвыми. Хозяйка золота не любит незваных гостей. И она очень, очень ревнива.

Эва арендовала загородный дом, чтобы отдохнуть с семьей в тишине. Но лес, подступающий прямо к участку, живет своей пугающей жизнью. По ночам из чащи доносится детский плач, а сами деревья словно меняют свое положение, стоит лишь отвести взгляд.

Когда шестилетний Тарасик находит среди мха старую, потемневшую от времени игрушку, Эва бросает дежурную шутку про подарок лешего. В тот момент она даже не догадывается, что вскоре будет проклинать свои слова — вот только тогда ей станет совсем не до смеха.

Загадки леса становятся все более зловещими. Странности множатся, заставляя саму Эву сомневаться в собственном рассудке: то ли это игра воображения на фоне усталости, то ли древнее зло действительно проснулось в чаще.

А затем наступает ночь, когда Тарасик бесследно исчезает в темноте между деревьями. Теперь у матери нет права на сомнения. Ей предстоит шагнуть во тьму и выяснить, кто именно смеется над ней голосом пропавшего ребенка — разгулявшееся воображение или настоящий хозяин этих земель.

Когда шестилетний Тарасик находит среди мха старую, потемневшую от времени игрушку, Эва бросает дежурную шутку про подарок лешего. В тот момент она даже не догадывается, что вскоре будет проклинать свои слова — вот только тогда ей станет совсем не до смеха.

Загадки леса становятся все более зловещими. Странности множатся, заставляя саму Эву сомневаться в собственном рассудке: то ли это игра воображения на фоне усталости, то ли древнее зло действительно проснулось в чаще.

А затем наступает ночь, когда Тарасик бесследно исчезает в темноте между деревьями. Теперь у матери нет права на сомнения. Ей предстоит шагнуть во тьму и выяснить, кто именно смеется над ней голосом пропавшего ребенка — разгулявшееся воображение или настоящий хозяин этих земель.

Эва арендовала загородный дом, чтобы отдохнуть с семьей в тишине. Но лес, подступающий прямо к участку, живет своей пугающей жизнью. По ночам из чащи доносится детский плач, а сами деревья словно меняют свое положение, стоит лишь отвести взгляд.

Когда шестилетний Тарасик находит среди мха старую, потемневшую от времени игрушку, Эва бросает дежурную шутку про подарок лешего. В тот момент она даже не догадывается, что вскоре будет проклинать свои слова — вот только тогда ей станет совсем не до смеха.

Загадки леса становятся все более зловещими. Странности множатся, заставляя саму Эву сомневаться в собственном рассудке: то ли это игра воображения на фоне усталости, то ли древнее зло действительно проснулось в чаще.

А затем наступает ночь, когда Тарасик бесследно исчезает в темноте между деревьями. Теперь у матери нет права на сомнения. Ей предстоит шагнуть во тьму и выяснить, кто именно смеется над ней голосом пропавшего ребенка — разгулявшееся воображение или настоящий хозяин этих земель.

Заброшенный с советских времен пионерлагерь «Лучики» окутан мрачной славой. Местные шепчутся, что в его гниющих корпусах обитает ведьма. Любые попытки превратить это место в комфортабельную турбазу или дом отдыха заканчиваются трагически: проекты сгорают вместе со стройматериалами, техника без причин идет под откос, гибнут люди…

Родители Тима уверены: они встречались с этой сущностью много лет назад, когда сами отдыхали в «Лучиках». Тот летний день едва не стал для них последним. Чудом выжив во время речной прогулки на лодке, они до сих пор помнят, как на их глазах утонул весь отряд вместе с пионервожатой и мотористом.

С недавних пор мать Тима мучают жуткие кошмары. Они приходят строго в годовщину той трагедии: ведьма из сна протягивает костлявые руки к ее сыну, обещая забрать его следующей.

Чтобы спасти рассудок матери и доказать ей, что потустороннего не существует, Тим отправляется в мертвый лагерь. Он — прагматик до мозга костей. Уверен, что у всех трагедий прошлого и настоящего есть реальный виновник, а любой чертовщине найдется рациональное объяснение.

Но сохранить здравомыслие, встретившись с древним злом лицом к лицу, оказывается куда сложнее, чем он думал. Ведь некоторые детские страшилки никогда не умирают.

Родители Тима уверены: они встречались с этой сущностью много лет назад, когда сами отдыхали в «Лучиках». Тот летний день едва не стал для них последним. Чудом выжив во время речной прогулки на лодке, они до сих пор помнят, как на их глазах утонул весь отряд вместе с пионервожатой и мотористом.

С недавних пор мать Тима мучают жуткие кошмары. Они приходят строго в годовщину той трагедии: ведьма из сна протягивает костлявые руки к ее сыну, обещая забрать его следующей.

Чтобы спасти рассудок матери и доказать ей, что потустороннего не существует, Тим отправляется в мертвый лагерь. Он — прагматик до мозга костей. Уверен, что у всех трагедий прошлого и настоящего есть реальный виновник, а любой чертовщине найдется рациональное объяснение.

Но сохранить здравомыслие, встретившись с древним злом лицом к лицу, оказывается куда сложнее, чем он думал. Ведь некоторые детские страшилки никогда не умирают.

Заброшенный с советских времен пионерлагерь «Лучики» окутан мрачной славой. Местные шепчутся, что в его гниющих корпусах обитает ведьма. Любые попытки превратить это место в комфортабельную турбазу или дом отдыха заканчиваются трагически: проекты сгорают вместе со стройматериалами, техника без причин идет под откос, гибнут люди…

Родители Тима уверены: они встречались с этой сущностью много лет назад, когда сами отдыхали в «Лучиках». Тот летний день едва не стал для них последним. Чудом выжив во время речной прогулки на лодке, они до сих пор помнят, как на их глазах утонул весь отряд вместе с пионервожатой и мотористом.

С недавних пор мать Тима мучают жуткие кошмары. Они приходят строго в годовщину той трагедии: ведьма из сна протягивает костлявые руки к ее сыну, обещая забрать его следующей.

Чтобы спасти рассудок матери и доказать ей, что потустороннего не существует, Тим отправляется в мертвый лагерь. Он — прагматик до мозга костей. Уверен, что у всех трагедий прошлого и настоящего есть реальный виновник, а любой чертовщине найдется рациональное объяснение.

Но сохранить здравомыслие, встретившись с древним злом лицом к лицу, оказывается куда сложнее, чем он думал. Ведь некоторые детские страшилки никогда не умирают.

К Авроре обращается Варвара – женщина, чья повседневная работа способна сломить даже самого стойкого человека. Опытный судмедэксперт, она видела сотни смертей и давно разучилась бояться темноты. В мистику Варвара не верит тоже: для неё существуют только улики, протоколы и холодная логика.

Но однажды скальпель вскрывает грудную клетку очередного «несчастного случая», и наука оказывается бессильна. Внутри желудка погибшего мужчины лежит безупречно выточенная шахматная фигурка из обсидиана и записка с лаконичным приглашением к партии.

Варвара списала бы это на дурную шутку коллег, если бы история не начала повторяться с пугающей методичностью. Новые тела поступают в городской морг одно за другим, а коллекция странных находок растет. Каждая новая фигурка – чей-то ход в невидимой игре. И позиция становится всё более безнадежной.

Кто выступает соперником? Жестокий маньяк-мистификатор или сущность, для которой человеческие жизни – лишь пыль на черно-белой доске?

Авроре предстоит сыграть партию против неизвестности. Ей нужно найти кукловода раньше, чем он объявит «шах и мат» её последней клиентке.

Но однажды скальпель вскрывает грудную клетку очередного «несчастного случая», и наука оказывается бессильна. Внутри желудка погибшего мужчины лежит безупречно выточенная шахматная фигурка из обсидиана и записка с лаконичным приглашением к партии.

Варвара списала бы это на дурную шутку коллег, если бы история не начала повторяться с пугающей методичностью. Новые тела поступают в городской морг одно за другим, а коллекция странных находок растет. Каждая новая фигурка – чей-то ход в невидимой игре. И позиция становится всё более безнадежной.

Кто выступает соперником? Жестокий маньяк-мистификатор или сущность, для которой человеческие жизни – лишь пыль на черно-белой доске?

Авроре предстоит сыграть партию против неизвестности. Ей нужно найти кукловода раньше, чем он объявит «шах и мат» её последней клиентке.

К Авроре обращается Варвара – женщина, чья повседневная работа способна сломить даже самого стойкого человека. Опытный судмедэксперт, она видела сотни смертей и давно разучилась бояться темноты. В мистику Варвара не верит тоже: для неё существуют только улики, протоколы и холодная логика.

Но однажды скальпель вскрывает грудную клетку очередного «несчастного случая», и наука оказывается бессильна. Внутри желудка погибшего мужчины лежит безупречно выточенная шахматная фигурка из обсидиана и записка с лаконичным приглашением к партии.

Варвара списала бы это на дурную шутку коллег, если бы история не начала повторяться с пугающей методичностью. Новые тела поступают в городской морг одно за другим, а коллекция странных находок растет. Каждая новая фигурка – чей-то ход в невидимой игре. И позиция становится всё более безнадежной.

Кто выступает соперником? Жестокий маньяк-мистификатор или сущность, для которой человеческие жизни – лишь пыль на черно-белой доске?

Авроре предстоит сыграть партию против неизвестности. Ей нужно найти кукловода раньше, чем он объявит «шах и мат» её последней клиентке.

Есть встречи, которых не избежать. И истории, которые наотрез отказываются оставаться в прошлом.

Чуждый разум, для которого человек — всего лишь удачная форма, и древние мифы, живущие бок о бок с нами прямо сейчас, ждут вас на страницах этой книги.

Не заглядывайте сюда — она вас съест!
Хотя… есть встречи, которых всё равно не миновать.
Истории, что не желают умирать.
Мифы, проросшие в настоящее.
И чуждый разум, для которого мы — просто удобная оболочка.

Здесь кочующий театр приезжает в города отнюдь не ради зрителей. Здесь война продолжается даже после того, как пушки замолчали и войска отступили. А лес, вода и холод обладают собственной памятью и злой волей.

В этом мире нет чёткой границы между человеком и куклой, живым и мёртвым, жертвой и соучастником. Рациональное мышление здесь не спасёт, сочувствие не оправдает, а истинное знание всегда приходит слишком поздно. Страх пахнет сырой плесенью и кровью, надежда скрипит несмазанными суставами, а время течёт густо, словно тёмная вода.

Помни о том, как легко согласиться быть простым зрителем.
И о том, что однажды занавес поднимётся — даже если ты не покупал билет, — тоже помни.

Чуждый разум, для которого человек — всего лишь удачная форма, и древние мифы, живущие бок о бок с нами прямо сейчас, ждут вас на страницах этой книги.

Не заглядывайте сюда — она вас съест!
Хотя… есть встречи, которых всё равно не миновать.
Истории, что не желают умирать.
Мифы, проросшие в настоящее.
И чуждый разум, для которого мы — просто удобная оболочка.

Здесь кочующий театр приезжает в города отнюдь не ради зрителей. Здесь война продолжается даже после того, как пушки замолчали и войска отступили. А лес, вода и холод обладают собственной памятью и злой волей.

В этом мире нет чёткой границы между человеком и куклой, живым и мёртвым, жертвой и соучастником. Рациональное мышление здесь не спасёт, сочувствие не оправдает, а истинное знание всегда приходит слишком поздно. Страх пахнет сырой плесенью и кровью, надежда скрипит несмазанными суставами, а время течёт густо, словно тёмная вода.

Помни о том, как легко согласиться быть простым зрителем.
И о том, что однажды занавес поднимётся — даже если ты не покупал билет, — тоже помни.

Есть встречи, которых не избежать. И истории, которые наотрез отказываются оставаться в прошлом.

Чуждый разум, для которого человек — всего лишь удачная форма, и древние мифы, живущие бок о бок с нами прямо сейчас, ждут вас на страницах этой книги.

Не заглядывайте сюда — она вас съест!
Хотя… есть встречи, которых всё равно не миновать.
Истории, что не желают умирать.
Мифы, проросшие в настоящее.
И чуждый разум, для которого мы — просто удобная оболочка.

Здесь кочующий театр приезжает в города отнюдь не ради зрителей. Здесь война продолжается даже после того, как пушки замолчали и войска отступили. А лес, вода и холод обладают собственной памятью и злой волей.

В этом мире нет чёткой границы между человеком и куклой, живым и мёртвым, жертвой и соучастником. Рациональное мышление здесь не спасёт, сочувствие не оправдает, а истинное знание всегда приходит слишком поздно. Страх пахнет сырой плесенью и кровью, надежда скрипит несмазанными суставами, а время течёт густо, словно тёмная вода.

Помни о том, как легко согласиться быть простым зрителем.
И о том, что однажды занавес поднимётся — даже если ты не покупал билет, — тоже помни.

Калининград, современный мегаполис, живёт по законам древних традиций. Четырьмя районами города правят разные магические существа:

-Октябрьский район принадлежит колдунам.
-Центральный район традиционно занимают упыри.
-В Ленинградском районе проживают длаки.
-Московский район населён нечистой силой.
Этот тонкий баланс сил внезапно нарушается убийством сильнейшей колдуньи. Отсутствие следов магии и единственный след — трансмутированный янтарь, найденный во рту жертвы, указывают на нечто большее, чем обычное преступление.

-Октябрьский район принадлежит колдунам.
-Центральный район традиционно занимают упыри.
-В Ленинградском районе проживают длаки.
-Московский район населён нечистой силой.
Этот тонкий баланс сил внезапно нарушается убийством сильнейшей колдуньи. Отсутствие следов магии и единственный след — трансмутированный янтарь, найденный во рту жертвы, указывают на нечто большее, чем обычное преступление.

Калининград, современный мегаполис, живёт по законам древних традиций. Четырьмя районами города правят разные магические существа:

-Октябрьский район принадлежит колдунам.
-Центральный район традиционно занимают упыри.
-В Ленинградском районе проживают длаки.
-Московский район населён нечистой силой.
Этот тонкий баланс сил внезапно нарушается убийством сильнейшей колдуньи. Отсутствие следов магии и единственный след — трансмутированный янтарь, найденный во рту жертвы, указывают на нечто большее, чем обычное преступление.

Когда реальность даёт трещину, наружу просачивается нечто древнее и безжалостное!
Ночная рыбалка вдали от берега оборачивается схваткой с древним божеством, для которого тёмные воды озера стали жертвенной чашей. Жажда лёгкой наживы толкает юношу нарушить вековой запрет и выйти в полдень на заповедную ниву — прямо в объятия её безжалостной хранительницы. Ритуал призыва мудрых духов превращается в кошмар: незваные гости не уйдут, пока не заберут у вызвавшего всё, что ему дорого.

Перед вами сборник Софии Маркеловой — настоящая сенсация среди YouTube-каналов, озвучивающих страшные истории! Её герои сталкиваются с тем, что не вписывается в рамки здравого смысла. Их привычные миры — отпуск, работа, двор — становятся ареной для тихого, но неотвратимого ужаса, корни которого уходят в глубокое прошлое, в забытые обряды и неискуплённую вину.

София Маркелова создаёт в своих рассказах маленькие, живые и невероятно атмосферные мирки. Кошмарные, цепляющие за душу и почему-то родные. Пацаны-школьники проверяют легенду о жуткой квартире; спасаясь от метели, мужчина решает заночевать в одиноком доме старика, чей промысел — мертвецы.

Перед вами сборник Софии Маркеловой — настоящая сенсация среди YouTube-каналов, озвучивающих страшные истории! Её герои сталкиваются с тем, что не вписывается в рамки здравого смысла. Их привычные миры — отпуск, работа, двор — становятся ареной для тихого, но неотвратимого ужаса, корни которого уходят в глубокое прошлое, в забытые обряды и неискуплённую вину.

София Маркелова создаёт в своих рассказах маленькие, живые и невероятно атмосферные мирки. Кошмарные, цепляющие за душу и почему-то родные. Пацаны-школьники проверяют легенду о жуткой квартире; спасаясь от метели, мужчина решает заночевать в одиноком доме старика, чей промысел — мертвецы.

Когда реальность даёт трещину, наружу просачивается нечто древнее и безжалостное!
Ночная рыбалка вдали от берега оборачивается схваткой с древним божеством, для которого тёмные воды озера стали жертвенной чашей. Жажда лёгкой наживы толкает юношу нарушить вековой запрет и выйти в полдень на заповедную ниву — прямо в объятия её безжалостной хранительницы. Ритуал призыва мудрых духов превращается в кошмар: незваные гости не уйдут, пока не заберут у вызвавшего всё, что ему дорого.

Перед вами сборник Софии Маркеловой — настоящая сенсация среди YouTube-каналов, озвучивающих страшные истории! Её герои сталкиваются с тем, что не вписывается в рамки здравого смысла. Их привычные миры — отпуск, работа, двор — становятся ареной для тихого, но неотвратимого ужаса, корни которого уходят в глубокое прошлое, в забытые обряды и неискуплённую вину.

София Маркелова создаёт в своих рассказах маленькие, живые и невероятно атмосферные мирки. Кошмарные, цепляющие за душу и почему-то родные. Пацаны-школьники проверяют легенду о жуткой квартире; спасаясь от метели, мужчина решает заночевать в одиноком доме старика, чей промысел — мертвецы.