— Ты не поедешь на остров одна! — внезапно схватил меня за запястье, его пальцы мягко касались кожи, будто проникая внутрь. — Не смей! — вырвала руку. — Ты не мой начальник, понял? Я взрослая и сама решаю, — дерзко ответила, не давая себя запугать. Маргаритку предали те, кто раньше ласково называл её по имени. Теперь она не

Какая же ты дрянь! — её голос полон яда, взгляд пронзает меня насквозьС годовщиной лжи, дорогая…— — вырывается у меня Я не понимаю, что происходит. Это не моя вина! Это ловушка, подстава! Почему муж мне не верит? Те, кого я считала родными, предали меня. Ради собственной выгоды они заставили меня играть по их правилам, лишили

Ева пыталась быть стойкой, но боль от потери была невыносимой. Стоя перед Демьяном, она ощущала, как сердце разрывается, но ее решение было окончательным. Отношения, которые когда-то казались крепкими, превратились в пустоту. Она пыталась убедить себя, что правильно поступает, что должна двигаться дальше, несмотря на ту

— Привет, я твой папа! — я с удивлением смотрю на трёхлетнего мальчика. Он — моя копия. Я в замешательстве. — У меня уже есть папа! — спокойно отвечает сын, не моргая. Мой взгляд переводится на Юлю… Он — наследник фармацевтической империи, уверенный в себе, самодостаточный, привлекательный и одинокий. Мой бывший… Мы любили друг

— Ребёнок пропал, а ты даже не позвонила! — Тимофей наступает на меня, его ледяные синие глаза полны осуждения. — Мария, разве тебе не важно, что с моей дочерью? — Твоя? Ты был в командировке, и я не хотела тебя беспокоить. Слава богу, всё обошлось, — шепчу я, сдерживая обиду и смахивая слезу. Она. Мария Воронцова. Ей 27 лет. У

— Воронцов, ты хочешь, чтобы я нашла мать твоего вновь обретённого сына? — Да! — сухо отвечает крупный мужчина с непроницаемыми синими глазами. — Назови хотя бы одну причину, по которой я должна это делать? — Полковник явно считает меня частью своего личного состава. — Поможешь мне — помогу тебе… Она — мать, которая после

— Он нам не подходит! Мы его не берём! — громко кричит дочка, делая рогатку из пальцев и тыча ею в глаза парню. — Ева, почему? — усмехается Адам. — Есть какие-то конкретные критерии отбора? — Ты не в тренде. У тебя не синие глаза, — сообщает Ариша. Она — одинокая мать, воспитывающая озорную шестилетнюю Аришу. Согласно строгому

«Воронцов, помоги найти работу», — мои губы дрожат. Я не думала, что мне придётся просить о помощи именно этого мужчину. — Почему я? — удивленно смотрит на меня, заметив тройню. — У меня никого нет в Москве. Только ты… Она — мать тройняшек шести лет. В поисках заработка она отправляется в Москву, взяв с собой детей. Но у неё

– Чьи они? – его глаза темнеют, словно затянуты тучами, а взгляд будто прожигает детей насквозь. – Мои… – еле слышно выдыхаю, губы дрожат. – Это мы ещё проверим, – он ухмыляется так, что от этой дьявольской усмешки у меня подкашиваются ноги. Я снова теряюсь в бездонной синеве его глаз. Он – магнат IT-индустрии, человек,

– Что вам нужно? – я отступаю на шаг назад. – Мой муж, – отвечает брюнетка с красными вульгарными губами, улыбаясь так, будто вернула себе потерянное. Она отталкивает меня, бесцеремонно пронося в дом два огромных чемодана. Марсик, мой маленький сын, машинально протягивает пухлую ручку, чтобы погладить дорогой мех её норкового