– Миш! Стоп… — испуганно произнесла она. – Почему? Что случилось? — шепчу, прижимаясь к её губам. – Ты… ты слишком для меня. – У тебя никогда не было взрослых мужчин? Она растерянно опускает взгляд. – Совсем не было?! С горьким стоном врезаюсь лбом в стену позади неё. У меня два вопроса: За что мне такие мучения? И как дожить

– А почему Вас Питбулем называют? – с опаской кошусь на моего «рабовладельца». – Боли не чувствую. – Ясно… – отворачиваюсь к окну, кутаясь в свою тоненькую шубку. От холода и страха трясёт. На лобовом стекле пропуск «старший оперуполномоченный Касьянов Б. М.». Закрывая глаза, ложусь головой на стекло. – Чего трясешься? –

В палате тихо. Она без сознания. На лице – кислородная маска. Присаживаюсь рядом, ложусь лицом на её живот. – Ненавижу тебя, Кошкина… – задыхаясь шепчу я, сжимая прохладные пальцы. – Нахрена ты опять появилась в моей жизни?.. В груди болезненно взрывается сверхновая, оглушая пробудившимися снова чувствами. Это финиш… Я снова