– Наш брак будет фиктивным и рассчитан на пять лет со дня рождения ребёнка, – с этих слов началась моя брачная ночь. Я резко вскинула голову. Что это значит? Как вообще такое возможно? – Фиктивным? Я не совсем понимаю… – Сегодня мы подписали документы, помнишь? Я кивнула. Да, было такое. – В них, кроме стандартных условий, есть

Муж ушёл из нашей жизни и отказался от всех прав на сына. Я отпустила его, забыла, и он не давал о себе знать. Прошло два года, когда Амир вдруг заявил, что хочет снова быть отцом для нашего ребёнка. Только зачем? Ведь он снова женат, и его жена ждёт ребёнка…

— Это какая-то шутка? — Поля недоверчиво смотрела на экран, перечитывая переписку, доказывающую мою измену. — Нет, это не шутка. У меня уже полгода есть любовница, а ты даже не заметила. И после этого ты считаешь себя хорошей женой? — вкрадчиво спросил я. — Я… — она растерянно моргнула, словно пытаясь переварить услышанное. — Я

— Ангелина, мне не нужен ребенок с отклонениями. Это безумие — рожать его! Спроси у врачей! На семнадцатой неделе нашему сыну поставили страшный диагноз. Муж настаивал на аборте. Ему, будущему министру, нужна была идеальная семья: безупречная репутация, красивая и покорная жена, умные и здоровые дети — картинка для общества. —

Мой муж предложил необычное решение: свободу выбора и возможность встречаться с другими людьми — женщинами… и мужчинами. Он был уверен, что это вдохнет новую жизнь в наши отношения, сделает их ярче и насыщеннее. Но что это на самом деле? Легализованная измена или экстремальный метод спасения брака? Теперь мне предстоит найти

— Сколько ему? — Ты знаешь. — Скажи точно, — Дима повернулся ко мне, пронзая взглядом. — До дня. — Два года, три месяца и пять дней. Доволен? — Ты знала, что беременна, когда мы виделись в последний раз? — Нет, — ответила я слишком поспешно. — Не смей лгать! — его рука ударила по рулю, от чего я вздрогнула, но не отвела