— А Вика ничего такая, — лениво бросает Владу его лучший друг, развалившись на диване в гостиной. — Свежая кровь в нашем застоявшемся болоте. Давно пора было кого-то привести.
— Даже не вздумай соваться к ней, — голос Влада звучит как удар хлыста. Резко, холодно и безапелляционно.
— Почему? Хочешь ее себе? — в голосе друга слышится насмешка. — Очнулся спустя четыре года?
Я стою ни жива ни мертва в полутемном коридоре, вжавшись спиной в стену и подслушивая этот разговор. В страхе ожидаю, что ответит Влад. Сердце колотится где-то в горле, готовое выдать меня с головой.
— Нет. Вика не нужна мне. Но и ты к ней не лезь, — отрезает он, и в тоне сквозит такая неприкрытая брезгливость, будто ему предложили съесть что-то протухшее.
Слова Влада больно, до кровавых искр, режут по сердцу. Не нужна…
Тихо, на цыпочках, чтобы не выдать свое присутствие, ухожу в свою комнату. Щелкает замок. Ну что ж. Больно, обидно, но предсказуемо. Зато я, кажется, понравилась его симпатичному и, главное, свободному лучшему другу.
Влад Соболев. Моя первая любовь. Невзаимная, унизительная, болезненная. Мы не виделись целых четыре года. Этого времени хватило, чтобы я разлюбила Влада, вытащила его из своей головы и перестала сходить по нему с ума. Я выросла. Я поумнела.
Тем забавнее и слаще будет наблюдать, как начинает сходить с ума он, когда я, на зло ему и вопреки его запретам, соглашаюсь встречаться с его лучшим другом. Посмотрим, Влада, как ты запоешь, когда «ненужная» Вика станет чужой.
