Я помог Рузвельту победить в губернаторских выборах с разгромным счётом, избавился от опасности внутри Организации и обезопасил себя от любых поползновений со стороны властей. Пришло время приступить к реализации плана, который навсегда изменит весь мир. Но для этого мне нужна армия, которую никто не позволит создать на

Я навсегда решил проблему с Вакси Гордоном и смог защитить организацию в Чикаго. Благотворительность даёт свои плоды: мне удалось наладить прямой контакт с Франклином Рузвельтом — нынешним губернатором штата Нью-Йорк и будущим президентом. Мы заключили сделку. Я помогаю ему выиграть выборы, а он гарантирует мне ответную услугу

Я продолжаю работу. Теперь в газетах про меня пишут не как о бандите, а как о благотворителе, который кормит тысячи людей в день. «Гангстер с золотым сердцем», — гласят заголовки, а женщины в церкви целуют мне руки. В Организации всё спокойно: мы зарабатываем сотни тысяч долларов в месяц и отмываем их через благотворительный

Четыре месяца всё шло спокойно: бизнес процветал, деньги текли рекой, а мы продолжали налаживать связи по всей стране. Я готовился создать Национальный Преступный Синдикат — не таким, каким он стал в настоящей истории, а с чёткими понятиями и железной дисциплиной. Разрозненные банды преступников должны были превратиться в

Человек, вообразивший себя Цезарем, мёртв. И теперь я — босс всех боссов. Неофициально, но никто в этом городе не посмеет отрицать мой статус. Я пришёл к тому, чего пытался добиться больше полугода в этом мире. Но я собираюсь отказаться от этого титула и провести реформы, которые навсегда изменят правила игры. Понимаю, что не

Война кланов закончилась. Массерия мёртв, Маранцано затаился, и улица наконец признала меня боссом. Казалось бы — живи и радуйся. Но боссу отдых не положен. Я строю Семью с нуля, по своим правилам. Новый порядок, новые законы, новые запреты. Великая депрессия только набирает обороты, и пока другие теряют последние гроши, я

Я понимал, что этот день настанет. Массерия всё-таки нанёс удар первым и поручил мне ликвидацию главы враждебной семьи. Но устранение босса — это уже не просто заказ на очередного гангстера. Это прямое объявление войны. Кастелламмарская война — самое кровавое побоище в истории американской мафии — началась. И она безвозвратно

Я очнулся в теле босса мафии. На календаре — 1929 год, моё лицо изрезано шрамами после недавнего покушения, а враги уже точат ножи для новой попытки. До начала Великой Депрессии осталась ровно неделя. Но у меня есть козырь, которого нет ни у кого: я знаю будущее. Мне известно, какие банки рухнут в первые же дни и кто вонзит мне

Чёрный четверг и чёрный вторник остались позади. Старый уклад жизни рушится, а впереди маячат лишь голод и нищета. Я же на этом хаосе сколотил состояние — больше двух миллионов долларов. Прямая угроза моей жизни миновала: Маранцано соблюдает перемирие. Однако теперь опасность исходит от моего собственного босса Массерии — он

Мы бежали к спасению. Прорывались сквозь ад — сквозь пули, кровь и мёртвых. Я думал, что веду их к жизни, к выживанию. А в итоге — привёл к обрыву, к краю. Я умирал. Но Лика вытянула меня. Довезла до Дачного. И я получил второй шанс. Пока я лежал без сознания, в село пришли новые хозяева. Обложили данью, увезли женщин, отобрали

Я вспомнил, кто я такой. Меня зовут Край, и я — оператор частной военной компании, человек, который за деньги убивает других. Я вспомнил свой прошлый путь. И понял: лучше было бы этого не знать. На плаву меня держат только мои люди. Я отвечаю за них, за тех, кто идёт за мной к мосту — последнему шансу выбраться с этого

Мы выжили. Против всех шансов. У нас есть оружие. Машины тоже. Люди стараются держаться. А я… Я всё ещё не помню, кем я был. Знаю лишь одно — когда-то я воевал. В Африке, Южной Америке, России — везде. Но конкретных деталей нет. Сейчас мы уходим из Севастополя. Впереди — дорога: южный берег, горные серпантины, зомби в лесах,